Журналист на войне - солдат?

Журналист на войне - солдат?

Группа молодых людей неспешным шагом идет по территории подмосковного парка «Патриот». Кто-то беседует, кто-то делает снимки окрестностей. Спокойствие нарушает резкий крик: «Всем лечь, ранение левого бедра!». Следом тот же голос начинает мерный отсчет: десять, девять, восемь, семь… От резкого падения начинает ныть плечо, резиновый жгут, которым пытаешься перетянуть «поврежденную» бедренную артерию, не хочет слушаться и вырывается из рук. Десять секунд прошли. Военный медик проходит среди лежащих на земле людей: «Не успел завязать, истек кровью, умер. Плохо зафиксирован жгут, время вышло, смерть». Успокаивает только одно – ты пока что не на передовой, ты слушатель курсов экстремальной журналистики «Бастион». И пока еще у тебя есть право на ошибку…

Курсы специальной подготовки «Бастион» для представителей информационных структур, работающих в экстремальных условиях, проводятся, начиная с 2006 года. Зоной их проведения становятся, в большинстве, военные части. Неизменный организатор курсов – Союз журналистов Москвы и его первый секретарь Людмила Щербина. Проводятся они при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации с участием Министерства обороны и МИД РФ, ФСБ, НАК, Росгвардии, МВД и МЧС России. Первый поток курсов Бастион состоялся в мае 2006 года на базе Учебного центра Общевойсковой академии ВС РФ «Выстрел» (г. Солнечногорск Московской области) — одного из лучших в мире учебных центров, в том числе — для подготовки военных миротворцев различных стран для работы в «горячих точках».

С тех пор курсы «Бастион» проводятся ежегодно. Особенно актуальна такая подготовка сейчас – в период проведения специальной военной операции. На практических занятиях моделируются возможные кризисные ситуации. Применение различных видов вооружения, автомобильной и бронетанковой техники, специальных инженерные средств имитации — все это способствует эффективной подготовке слушателей курсов. 

Преподавательский состав курсов формируется из специалистов, обладающих большим личным опытом специальных действий в различных регионах мира и высоким методическим уровнем преподавания. География курсов «Бастион» охватила практически всю страну – от Владивостока до Калининграда. В этом году участников курсов принимали на базе подмосковного парка «Патриот». Были и представители СМИ из приграничных регионов – Белгородской и Курской областей. В том числе и я – корреспондент районной газеты «Знамя победы».

«Воля – это механизм, который воспитывается»

Эта фраза, сказанная на одной из лекций военным психологом Алексеем Захаровым, находила свое подтверждение день за днем.  Ранние подъемы, зарядка, пробежка и долгие часы обучения – как теоретического, так и практического. Необходимо отдать должное организаторам курсов – за небольшой срок -  а курсы длятся всего неделю -  нам, участникам, постарались дать такое количество знаний и умений, которое, казалось бы, просто невозможно получить за такое время. Свои лекции читали представители различных силовых структур, военные медики, психологи и конечно, опытные военкоры – Евгений Поддубный и Олег Блохин, журналист-международник Федор Лукьянов.

— Я не буду учить вас делать вашу работу, вы и сами прекрасно это умеете. Я расскажу вам, как обезопасить себя при ее выполнении, — сказал Евгений Поддубный. И действительно – все обучение было основано на том, чтобы дать участникам те знания, которые помогут сохранить свою жизнь и жизнь окружающих. Львиную долю занимала тактическая медицина – к окончанию курсов все знали, чем отличается жгут Эсмарха от «турникета», каким гемостатиком лучше останавливать кровь, а какой лучше никогда не класть в свою аптечку. Большое внимание было уделено инженерной подготовке. Да, корреспонденту, даже военному, не придется работать с установкой или разминированием боеприпасов. Но знать, как они выглядят, и в чем заключается принцип их работы, необходимо, если собираешься в зону ведения боевых действий. На военном полигоне изучаем противотанковые и противопехотные, осколочные и фугасные боеприпасы. Среди выставленных муляжей есть и предметы, которые, казалось бы, абсолютно не имеют отношения к взрывным устройствам. Банка кофе, коробка лапши быстрого приготовления, книга, фонарик… При попытке воспользоваться таким предметом – открыть книгу или включить фонарик, раздается неприятный писк. В условиях боевых действий следом за ним последовал бы взрыв. 

— Трогать на войне ничего нельзя, даже если это выглядит безопасным на первый взгляд, — рассказывает наш инструктор.

«Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне»

Большое количество теоретических занятий заставляет расслабиться. Кто-то из коллег к концу второго дня курсов начинает подшучивать, что ожидалось больше практики, а условия не очень похожи на «приближенные к боевым», скорее на университетские будни. Поменять свое мнение пришлось довольно скоро. Этой же ночью всех разбудили взрывы за окном – на поезд, в котором жили участники курсов, было совершено нападение. После того, как пришлось убегать из «горящего» поезда по сырой траве, было сделано несколько выводов: спать ложиться лучше одетым, аптечку всегда иметь под рукой и уж точно не сомневаться в том, что организаторы запланировали нам недостаточно практики.

Реализовать все полученные знания на практике предстояло в итоговом мероприятии, так называемом «захвате в заложники». Его ждали с нетерпением все. День «Х» «порадовал» моросящим дождем и несвойственно холодной для июня температурой. Несмотря на это настроение у будущих заложников было позитивное – в автобусе звучали песни, кто-то обменивался шутками, делился предположениями, что именно будет происходить на захвате. БТР, преградивший дорогу нашему автобусу, неожиданностью не стал, как и последовавшие за этим выстрелы и крики. Поначалу происходящее воспринимается как игра, но это ощущение быстро улетучивается. Особенно когда руки за спиной ощутимо стягивают пластиковыми стяжками, а на голову надевают тканевый мешок. Моросящий дождь тем временем превращается в ливень, но это последнее, что вызывает беспокойство. Всю нашу команду ведут по лесу – мокрая трава и корни деревьев скользят под ногами, прилипший к лицу мешок не дает не только видеть, но и свободно дышать. В какой-то момент накатывает паника – вдруг упадешь, сломаешь ногу, задохнешься. По звукам понимаешь – впереди болото, а наши «захватчики» точно не собираются его обходить. Добавляется еще и страх захлебнуться. В ушах шумит из-за непрекращающейся стрельбы, из доступных ощущений остались только тактильные. И в этот момент, когда ты ослепленный, оглушенный, абсолютно растерянный стоишь посреди леса, начинает приходить спокойствие. Вот в голове всплывают дыхательные упражнения, о которых рассказывал на лекциях военный психолог. На раз – вдох, на два – выдох… И оказывается, что «захватчик» не просто тащит тебя напролом по кустам, а направляет, чтобы тебя не занесло в самую чащу. И что через край мешка на голове поступает приток свежего воздуха и можно рассмотреть впереди идущих людей и постараться узнать хотя бы по обуви. «Захватчики» стараются изо всех сил – крики и стрельба не стихают, позади уже три болота, которые мы пересекли по пояс в воде. Вспоминаю слова военного журналиста Николая Иванова, который четыре месяца провел в чеченском плену – нельзя спорить, нельзя выделяться, нельзя злить террористов. Поэтому беспрекословно выполняю все, что сказано делать – сесть, встать, ползти. Даже если ползти приходится по запекшейся крови. Имитация это, или кровь животного, стараешься даже не думать. 

Конечно, у каждого из нас есть возможность в любой момент остановить испытание. Об этом спрашивают и сами «захватчики».

— Все нормально? Идти можешь дальше? 

Согласно киваю.

Испытание длится полтора часа. Наконец-то все, свобода. Мешок с головы можно снять. Первое, что видишь перед собой – обеспокоенные лица инструкторов и организаторов. Они проделали этот сложный путь вместе с нами и переживали за каждого. 

 

«Бастион» - до и после

В первый день курсов мы услышали фразу, что никто не возвращается с «Бастиона» таким, каким был до этого. Тогда это не воспринялось всерьез – как одна неделя может настолько тебя изменить? Как оказалось на практике – может. Курсы оказались маленькой прожитой жизнью, которая навсегда запомнится нам всем. Кто-то из наших коллег уже побывал в горячих точках и до прохождения курсов, кто-то только туда собирается. Некоторые волею судьбы оказались в самой гуще событий, как наши коллеги из Белгородской области. Но все единодушно согласились -  опыт, который дает «Бастион» — уникален. Что дали курсы мне? Бесценный опыт, большое количество знаний, которые можно превратить в умения и навыки, а кроме этого, помогли четко осознать, что работа журналиста в «горячей точке», на войне далека от романтики. Журналист на войне – тоже солдат, и синий жилет, и надпись «Пресса», совсем не являются гарантом твоей безопасности.

 Только  оружие журналиста не стреляет здесь и сейчас. Оно должно «выстрелить» потом и попасть «точно в цель», не промахнуться на информационном фронте – не менее важном для победы. Для этого нужно остаться в живых. Этому и учат на курсах «Бастион». А еще «Бастион» помогает решить  — готов ли ты встать в ряды военкоров? 

Анастасия  Демьянова

 

10:30
300